Санта Клаус

Санта Клаус смотрит на Луну. Луна размножает его тени, которые прикасаются к нескольким дверям сразу. Санта кладет радужно светящиеся мешочек рядом с собой, открывает его – внутри живые картинки: люди танцуют, обнимаются, открывают двери, летят, поливают сад, плавают с дельфинами, читают лежа.

Тени тоже присаживаются кладут мешочки, которые светятся разными цветами в ночи. Санта-тень проверяет мешочки и говорит: «Да, именно об этом он/она просил. Кто же откажет просящему. Надеюсь теперь это получится – они поймут, что надо брать жизнь. Тогда она будет принадлежать им без конца. Наконец, я буду не одинок! Будет понятно, как я этого ждал, и почему дарил жизнь каждый год, почему я живу для них, и смерть не прикасается ко мне. Как это просто! Почему они не берут жизнь? Сегодня я приготовила жизнь всем, кто просил.»

Стучит во все двери сразу. Но звуки от каждой двери свой – сливается в шум волн.

Двери открываются.

1) Взгляд на мешочек из дома как бы нечеткий. Трясущиеся руки развязывают мешок. Внутри живой банковский чек с плавающими как эмблема дельфинами. Руки достают бумагу, дельфины остаются в мешочке. Голос: «Дети, Санта принес вам рыбок.» и ворчит,: «Долг вернули без процентов… Ну, я покажу им Рождество». Как будто моргает змеиный глаз.

2) Другая дверь. Видим кусок яркой юбки, носки туфелек, ухоженные руки. Мешочек развязывается – в нем небо, но в контурах открытки. Голос: «Вау, как здорово! Признался, наконец! Не зря я вломила кучу денег в эти операции! Теперь я ни в чем не буду нуждаться! Зачем только его фото лежит в серпантине? Мог бы положить ниточку жемчуга». Юбка, туфли затягиваются в вакуум.

3) Еще дверь. Открывается щелочка, просовывается рука, всасывается в дом – раздается взрыв. Летит с визгом дверь. Кто-то шепчет: «Освободился…»

4) Новая дверь. Открывается медленно, видна инвалидная коляска. Голос: «Слишком поздно. Я безнадежно устал. Подержу жизнь в руках. Берет мешок. «Надо поблагодарить Санту и попросить отдать ее другому. Что со мной? (Меняется угол зрения) Оказывается я был внутри какой-то трубы-пленки. Как легко из нее выйти! Я мог давно встать и идти. Кто-то любит меня, теперь я не один. Что-то радужное пульсирует.

5) Из двери выходят дети. Смотрят на радугу – смеются. Поют: «Как прекрасен этот мир». Выбегает растерзанная женщина, хватает мешочек, открывает – видит золото, роется в мешочке, находит купюры, убегает – кричит: «Дети, я лучше Санты знаю, где те игрушки, которые вы у него просили!» Убегает. Ее поглащает какая-то пленка. К детям приближается радуга – в ней худой, веселый человек с мешочком. Он протягивает детям мешочек, говорит: Мне досталась жизнь, возьмите это себе. Одному не жить.» Слышно, что музыку ветра перекрывает шуршание и шум погремушки. Но дети и худой не обращают внимание на звуки и тени. Они видят на площади столб света и идут к нему. Видят глаза и руки как бы притягивающие их. «Кто это?» «Меня зовут Николай, вы обращались ко мне – называли Угодником, Сантой, Дедом. Я не мог к вам пробиться. Вы брали в руки то, что я вам передавал, но видели только плоские безжизненные осколки. Вы стонали, плакали! Я выбивался из сил, чтобы вы меня услышали. Кормил сирот, укрывал детей, ловил пули, летящие в полных жизни, тушил дождем пожары. Кто-то всегда разрушал, убивал, морил голодом тех, кому я помогал. День за днем становилось больше тех, кто только выпрашивал или отнимал, но все меньше тех, кто видит, что надо быть вместе, что хлеб пекут не деньги, а люди, что несправедливость и пороки существуют из-за уверенности в том, что надо ценить тряпочки, взрывы и бумажки. Вот – смотрите: (берет их мешочек) так происходит – из мешочка появляются руки. Они держат еду, детей, самолеты, острова – передают друг другу – все растет, цветет, руки появляются еще, разного цвета и пустые, но в них тоже попадает и умножается. Санта: «Это есть и все. Так и только так можно быть свободными, сытыми и близкими друг другу. Кто будет петь, если пусто сердце? Если кто обращен к людям, разве они его не заметят? Здорово, когда забываешь о себе, когда ты живой среди живых. И что люди сделали с собой? Вот прислушайтесь (активен звон погремушки).

Фокус на темноту, где переливается контурно что-то жирное, маслянистое. К этому издающему звуки объекту бежит мама детей с шариками и куклой. Ей наперерез идет мужчина, срывает с плеча сумку, ныряет внутрь объекта. Женщина ныряет за ним, видно через как бы пленку как она бьет его куклой, а он достает из сумки деньги и бежит.

Внутри сидят люди: как в поезде, как в офисе, как на диване, как в кино. Глаза пустые, руки что-то теребят. Атмосфера духоты, ветки вниз. Одежда подчеркнуто стильная. Кругом что-то блестит, небоскребы стоят и ложатся, образуя змею. Становится понятно, что все это внутри змеи. И звук исходит от нее, как от гремучей змеи. Все внутри вслушиваются и вглядываются как в зеркало в пустоту, но не глядят друг на друга. Под звук передвигаются из рук в руки купюры. Когда купюры в руках погремушка шепчет «теперь» «можно». И люди перебегают на другие места, берут еду, книги, цветы, одежду – не глядя друг на друга, всматриваются в этикетки. Что-то рвут, бросают на пол. Кишка переворачивается – мусор сверху. Толпа похожа на белку в колесе. Стенки кишки моргают, как змеиные глаза. Через них кто-то всматривается как в окна, машет руками, показывает пальцем, молится, чертит схемы, пентаграммы.

Санта кладет к этим «окнам» мешочки, которые тут же хватают и звенят ими, радостно шепча «золото», «мое».

Санта плачет: «Змей, хватит».

Змей шепит: «Если я их отпущу, разложение и вонь может погубить тех, кто еще слаб. Забирай живых, я унесу подальше мертвых».

Рассвет расцветает. Все мы видим, что змей оплел, обвил как бы помойку, но не задел реки, леса, поля. Там ходят вместе люди, звери, не замечая змея, который тоже старается занимать все меньше места.